Andrei Antonovski (andanton) wrote,
Andrei Antonovski
andanton

Categories:

Последний день - 1


Этот огромный дом с садом в центре Дели был построен в 1928 году богатым промышленником по фамилии Бирла.

Надо знать Индию: места под застройку, да еще и в центре города, там очень немного. Такое строительство под силу только очень высокопоставленному человеку. Финансово-промышленные группы в этой стране управляются династическими семьями. Власть в группе переходит по наследству от отца к сыновьям на протяжении столетий. Группа, принадлежащая семье Бирла – это банки, бумага, автомобили, сахар, текстиль и черт знает что еще. После Первой Мировой семья Бирла стала едва ли не самой влиятельной в стране. С Махатмой Ганди будущий хозяин дома познакомился в 1916 году в Бомбее и сильно подружился. Для того чтобы поддержать эту дружбу, в левом (по снимку) конце этого дома для Ганди всегда были наготове две комнаты. Кроме него эти комнаты никто никогда не занимал. Ганди останавливался у Бирлы не однажды, хотя в Дели для отца нации были и специальные апартаменты в районе Старой Колонии. 9 сентября 1947 года Ганди приехал в этот дом из Калькутты, и больше никуда из него не уехал.



В этом крыле дома Ганди жил на первом этаже со своим секретарем и двумя внучатыми племянницами, Абхой и Ману, которые тоже выполняли секретарские и распорядительные функции. Охраны практически не было. В саду постоянно толкались сотни, а то и тысячи людей, желающих видеть Ганди. Порядка 30 сотрудников службы безопасности якобы охраняли Ганди, но много они сделать не могли: он запрещал препятствовать свободному общению с пришедшими людьми, а металлодетекторов еще не изобрели. 20 января 1948 года в Ганди кинули первую бомбу. Взрыв получился несильный, никто не пострадал. Метателя взяли живым, и тут выяснилось, что взрыв был частью прекрасно спланированного разветвленного заговора. Сам взрыв служил отвлекающим маневром, убийца должен был стрелять из пистолета. Позже выяснилось, что убийца испугался дурной приметы – одноглазого человека, – и не выстрелил. Махатме в тот день случайно повезло. Полиция удвоила охрану дома и принялась разыскивать заговорщиков по всей Индии, но действовали сыщики очень непрофессионально, так что вся группа сохранилась в целости и неприкосновенности, и вскоре пошла на второй заход. Сам же Ганди проявлял поразительную беспечность. Он ничего не желал менять в своих привычках, вполне фаталистически рассчитывая, что судьба – дело такое, все равно не спрячешься, не убежишь. В последнее время он частенько говорил о смерти. На своем дне рождения – ему накануне исполнилось 78 – он сказал дословно следующее: “в такой день должно приходить не с поздравлениями, а с сочувствием; я не хочу жить долго”. Это высказывание шло вразрез с ранее высказанным им же пожеланием дожить до 125 лет. Причины для смены настроения у Ганди были более чем серьезные: дело всей его жизни шло прахом, ситуация в Индии была хуже некуда, счет убитых в ходе гражданской войны шел на десятки тысяч человек (позже насчитают до миллиона жертв), плюс более 14 миллионов беженцев, и, естественно, авторитет человека, который вроде бы отвечал за все, а на практике не мог сделать ничего, неуклонно снижался.

Освобождение от колониальной зависимости далось бывшей Британо-Индийской империи большой кровью. Весь 1947 год страна делилась на куски со страшным треском. От Индии откалывался Пакистан, который в свою очередь позднее раскололся на Пакистан и Бангладеш. Массовая резня между мусульманами и индуистами происходила в Бенгалии, самом населенном штате страны. Восточная Бенгалия, населенная в основном мусульманами, ожесточенно резала индуистов, которые отвечали им тем же в Калькутте и в Бенгалии Западной, где уже их было большинство. Англичане, как могли, пытались наводить порядок, но я представляю себе, как им это все надоело. Поначалу Ганди надеялся справиться с беспорядками силой своего авторитета и проповедями на улицах Калькутты, но резня вспыхивала все равно то тут, то там. А этот человек очень странным образом пытался воздействовать на современников: он объявлял голодовку и угрожал умереть, если его требования не будут выполнены. Ганди голодал в течение своей жизни очень много раз по самым разным поводам, и почему-то метод обычно работал. Короче, после того как толпа ворвалась в дом Ганди в Калькутте и чуть его не растерзала, он поголодал-поголодал немного, добился сто первого обещания от лидеров индуистской и мусульманской общин прекратить резню и отправился в Дели, потому что, по его представлениям, в столице он мог рассчитывать на более весомые результаты.

Индуисты обвиняли Ганди в предательстве и пособничестве мусульманам. Под этими обвинениями были реальные основания. Ганди мечтал о единой Индии, и он категорически не признавал вначале планов по отделению Пакистана. Он был сторонником свободы вероисповедания и хотел межконфессионального мира. Безнадежная затея. При этом, будучи человеком с особенным пониманием справедливости, он отдавал себе отчет в том, что резню начали индуисты, и мусульман пострадало гораздо больше, во всяком случае, на первом этапе, пока не начался грандиозный обмен миллионами беженцев между Индией и Пакистаном. Соответственно, он не желал, чтобы его могли заподозрить в том, что он якобы подыгрывал единоверцам. Единоверцы, разумеется, считали Ганди предателем. Кто не с нами, тот против нас, и как может быть иначе? Ганди и в доме Бирлы поселился специально для того, чтобы мусульмане могли приходить к нему свободно со своими жалобами. Официальная резиденция правительства находилась в индуистском районе, и ни один мусульманин не мог бы туда пробраться без охраны взвода автоматчиков. Целыми днями Ганди принимал делегации с той и другой стороны, выслушивал жуткие истории про террор и погромы и – что он мог сделать-то? Только молиться и проповедовать мир и демократию с утра до вечера.

По условиям раздела Индии на две части, согласованным с Ганди и с Национальным Конгрессом, Индия должна была выплатить Пакистану очень круглую сумму в качестве какой-то компенсации. Кажется, за погромы, в которых пострадали мусульмане. Понятно, что убежденные националисты-индуисты даже слышать об этом не хотели. Ганди настаивал. Я думаю, в основе этого рискованного с политической точки зрения шага лежало его представление о правде, о честном слове, о порядочном поведении. Парламент не соглашался. Разве можно выплачивать врагам репарации прямо во время войны? Тогда Ганди, как обычно, объявил свою последнюю, 19 по счету голодовку, причем сухую. Через четыре дня 78-летний Ганди лежал при смерти, а еще через день депутаты и правительство сдались, и деньги были переведены в Пакистан. Одновременно с тем лидеры мусульманской и индуистской общин подписали очередной, уже неизвестно какой по счету пакт о перемирии. Ганди прекратил голодовку, а еще через день в его резиденции взорвалась бомба.



Рабочий кабинет Ганди в доме Бирлы. Если экспозиция не врет, то это вещи подлинные. Целыми днями этот старик сидел по-турецки перед низеньким столиком, писал доклады, принимал посетителей. В свои последние дни он работал над новой конституцией Индии. День начинался в 3:30 утра с молитвы. На молитвы уходило немало времени, и Ганди считал молитву важнейшей частью своего ежедневного распорядка. В последний день жизни Ганди, 30 января 1948 года, Абха утреннюю молитву проспала. Ганди был очень расстроен. “Мне не нравится это, это дурной знак, – пожаловался он секретарю, – надеюсь, мне не придется жить очень долго, чтобы быть свидетелем таких вещей.” На самом деле ему оставалось жить чуть больше 12 часов.



Это вторая комната. Так он спал. Над кроватью изречение: my life is my message (моя жизнь – это мое послание).



Ганди выступает на митинге.



Ганди во время очередной голодовки.

(Эти фотографии сняты со страницы “Редкие фотографии Махатмы Ганди”)

Когда я размышляю, что выдвинуло этого странного с современной точки зрения человека на руководство многомиллионной страной, я предполагаю, что основной причиной его популярности был непритворный аскетизм, который очень импонирует людям, особенно бедным. Он так действительно жил. В день его гибели первая деловая встреча была назначена на семь утра с женой премьера Неру. Она уезжала в первый промо-тур по США. Ганди напутствовал ее примерно такими словами “будьте скромнее. Вы представляете бедную страну, вам не пристало жить в роскоши.” Думаю, в этих словах был основной секрет невероятной популярности человека, вершившего государственные дела в трусах и обмотанной вокруг тела тряпке.

После первого покушения Ганди отказался изменять своим привычкам общаться с народом. Он сказал: “человек, ставящий безопасность выше свободы, жить недостоин”.

За встречей с госпожой Неру пошли гигиенические процедуры – массаж, купание – потом завтрак. Он состоял из тарелки овощей, четырех апельсинов, кувшина козьего молока и стакана коктейля на базе сока алоэ с имбирем. В 10:30 Ганди лег спать. Сразу после пробуждения Ганди выпил стакан теплой воды с выжатым лаймом и ложкой меда. Начиная с полудня пошли встречи с местным доктором, который просил денег на больницу и дом для сирот, потом с лидерами мусульманской общины Дели, потом было несколько интервью подряд с корреспондентами нескольких газет, прием делегаций Цейлона и Пенджаба, обсуждение деталей визита на конференцию мусульман в другом городе, и на конец дня был запланирован тяжелый разговор с влиятельным вице-премьером правительства по фамилии Пател, который сильно враждовал с премьером Неру. У Ганди были первоначальные планы уволить Патела, но потом он решил еще раз переговорить с ним, чтобы достичь компромисса.

Пател приехал в четыре часа, Ганди был в туалете. Как многие старики, он придавал особое значение своим походам в туалет и, не особенно стесняясь, легко распространялся на этот счет. Кстати, что-то я не помню, чтобы я видел этот туалет в доме. Но есть где-то, наверно, как не быть. Аудиенция слегка задержалась, а началась она с того, что Ганди объявил о своем решении: Пател остается в правительстве, и об этом будет объявлено во время пятичасовой молитвы, но кое-что во взаимоотношениях чиновников придется изменить.



Последняя фотография Ганди во время этого разговора. Беседа затянулась. Им принесли легкий обед: козье молоко, овощной суп и морковный сок. Думаю, в чашке на фотографии молоко.

В 5:10 Абха и Ману напомнили, что пора идти, люди ждут. Ганди опять расстроился: опаздывать на молитву, по его словам, был страшный грех. Он пожурил девушек за то, что они не оторвали его от дел раньше. Следующим посетителям, делегации из удаленного штата Ганди пообещал уделить время уже после молитвы.



Личные вещи Ганди висят на стене. Знаменитые трость, очки и часы, остановленные на 5:25. Этот брегет девушки показали Ганди, чтобы напомнить ему о времени.



Обычно на молитву Ганди выходил в дверь, но, видимо, снаружи было уже много народа, поэтому он вылез из комнаты через низкое окно. Сейчас здесь каменная дорожка с выложенными каменными ступнями, а тогда был газон. Сопровождаемый племянницами, которых он называл “мои ходячие подпорки”, Ганди направился по траве в сад.



Несколько тысяч человек, включая убийцу, стояли на территории, которая сейчас ограждена веревкой. Ганди направлялся к розовому павильону, который расположен на снимке слева. Там находится небольшая индуистская молельня. В нее можно зайти и сейчас, да только она пустая внутри. На повороте к молельне стоял мужчина в полувоенном френче цвета хаки. Его ладони были прижаты к груди в молитвенном жесте. Между ними была спрятана маленькая “беретта”. Правда, это официальная версия. Секретарь Ганди, следовавший за ним, в своих мемуарах утверждает, что пистолет у стрелявшего был в кармане. Что не так уж и важно. При приближении Махатмы человек стал склоняться к ногам Ганди. Ману подумала, что он пытается поцеловать ступни национального лидера, который очень не любил такие жесты, и она обратилась укоризненно к согнувшемуся мужчине: “Брат, Бапу и так опоздал на молитву. Зачем ты задерживаешь его?” В этот момент убийца резко оттолкнул ее и выстрелил три раза с расстояния около полуметра. Две пули попали в грудь, одна в живот. Смерть была мгновенной. Брегет Ганди показывал 5:17.






Столбик в небольшой беседке в саду указывает на место, где Ганди упал. Здесь обрываются его каменные следы, ведущие от дома.

Остальное уже не так интересно.

---------------------------------------------------------------------------------


Что еще нового я узнал во время подготовки этого очерка, но не включил в рассказ:



Полное имя этого человека – Мохандас Карамчанд Ганди. “Махатма” – это кличка, ее придумал Рабиндранат Тагор, и переводится это слово как “великая душа”. В Индии его также зовут “Бапу”, что означает “отец”. Абха и Ману обращались к Ганди только таким образом.

Несмотря на то, что у Ганди было четыре сына (причем старший сын практически отрекся от отца, сделался с течением времени алкоголиком и умер в том же 1948 году от цирроза), в какой-то момент он стал проповедовать воздержание от секса как выражение высшего проявления человеческой натуры. При этом он утверждал, что удаление в скит – это бегство от жизни, а надо наоборот подвергать себя искушениям, и вот только тогда можно, мол, говорить, что плоть побеждена окончательно и бесповоротно. Эти искушения выражались в виде молодых женщин, которых он нагишом укладывал в свою постель с самыми чистыми намерениями. Что характерно, искушения проводились при живой еще жене, на которой Ганди женился, когда им обоим было по 13 лет. Я нашел упоминание о девяти искусительницах, причем в 1946-47 году на эту роль была назначена его племянница Ману. Итоги эксперимента Ганди обсуждал с соратниками и духовными собратьями по стремлению к совершенству. После того, как его опыты были в основном осуждены духовными коллегами, Ганди свои эксперименты по усмирению плоти прекратил. Впрочем, ему было уже 77 лет.

Уинстон Черчилль назвал Ганди “полуголым факиром, который должен быть положен со связанными руками и ногами у ворот Дели с тем, чтобы огромный слон с сидящим на нем новым вице-королем Индии растоптал его.”

Индира Ганди не имеет к Махатме Ганди никакого отношения. Во времена моей юности непонятно почему говорили, что она его приемная дочь. Это полная чушь. Ганди – фамилия мужа Индиры, и этот человек просто однофамилец своего знаменитого земляка. Соответственно, современный политический клан Ганди тоже никак не связан с основателем индийского государства. Но, конечно, фамилия помогла Индире в ее политической деятельности. Такая фамилия сама по себе крутой капитал.

Убийцу Ганди звали Натхурам Годзе. В заговоре принимали участие 8 человек, один из них был профессором университета Бомбея, а второй мультимиллионером. Повесили двоих, убийцу и его ближайшего сообщника. Младшие сыновья Ганди были категорически против этой казни, поскольку считали, что она сама по себе дискредитирует их отца, который был категорическим противником этого вида наказания. На суде убийцы сказали, что были марксистами, сторонниками равенства и братства, и в принципе не имели ничего против учения Ганди, но он предал нацию, и, учитывая его колоссальный авторитет и влияние, никакого другого выбора у патриотов не было.

На похороны Ганди собралась толпа в два миллиона человек. Пепел после кремации тела Ганди был собран в несколько урн и развеян во многих местах, включая такие экзотические как верховья Нила в Уганде и Лос-Анжелес. Что удивительно, урны с этим пеплом появляются до сих пор, и последний раз его развеивали в 2008 году. 30 января чтится в Индии как день Мучеников.

Распространена точка зрения, которую можно найти во всех официальных документах, что, умирая, Ганди прошептал “Мой Бог, Мой Бог”. Это неправда, характер его ранений таков, что он умер мгновенно. Его секретарь, тот самый, что утверждает, будто бы пистолет у убийцы был в кармане, а не между ладонями, категорически отвергает официальную версию. Дело в том, что религия в Индии играет очень большое значение, и последние слова о боге из уст человека, который почитается в государстве выше любых святых, важны для верующих. Однако Ганди действительно был фанатично набожен, и смог ли он сказать что-то о боге перед смертью или нет, по большому счету не имеет никакого значения.

Да, и этот памятник на фотографии... Я видел десятки памятников Ганди в самых разных местах мира. Кстати, один из них стоит совсем недалеко от моего дома в Торонто возле индуистского храма. На нем Ганди в своей простыне куда-то бредет, опираясь на посох. А этот памятник сфотографирован во дворе дома Бирлы. Детишки, очевидно, олицетворяют молодую Индию. Табличка на памятнике гласит: “не садитесь на постамент”.

Tags: Индия, История, Последний день
Subscribe

  • Страннейшая достопримечательность

    — Взгляни-ка на дорогу! Кого ты там видишь?— Никого, — сказала Алиса. — Мне бы такое зрение! — заметил король с…

  • Коралловый замок

    Я не смог придумать, как элегантно назвать этот очерк. Пусть будет, как это место называется по-английски, хотя это и не замок и не коралловый.…

  • Зимний Атлантический океан

    Сверкающая фотография изображала дочь американского миллиардера Вандербильда в вечернем платье. Там были меха и перья, шелк и жемчуг, необыкновенная…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments

  • Страннейшая достопримечательность

    — Взгляни-ка на дорогу! Кого ты там видишь?— Никого, — сказала Алиса. — Мне бы такое зрение! — заметил король с…

  • Коралловый замок

    Я не смог придумать, как элегантно назвать этот очерк. Пусть будет, как это место называется по-английски, хотя это и не замок и не коралловый.…

  • Зимний Атлантический океан

    Сверкающая фотография изображала дочь американского миллиардера Вандербильда в вечернем платье. Там были меха и перья, шелк и жемчуг, необыкновенная…