Andrei Antonovski (andanton) wrote,
Andrei Antonovski
andanton

Categories:

Чикагские байки - 3.


Предыдущая серия




- Все зло от женщин, - убежденно говорит человек с микрофоном, - им совершенно напрасно дали право голоса в 1920 году. Вы знаете, что они натворили первым делом, получив это право? Они запретили НАМ ПИТЬ!




Экскурсионный автобус отвечает благодарным смехом и ухмылками на неполиткорректную реплику. Это сущая правда. 17 января 1920 года с подачи "Женского Христианского Союза за Трезвость" Конгресс США утвердил 18 поправку к Конституции (вот так сразу, не больше и не меньше, сразу в Конституцию ее), запрещавшую производить, продавать и перевозить алкоголь. В последний момент жестокий закон удалось слегка смягчить. Исключительно для личного потребления каждой семье разрешалось изготовлять до 350 литров домашнего пива и до 200 литров домашнего вина в год. Более крепкие напитки были запрещены. Продажа домашнего вина и пива не допускалась. Государственные заводы в Кентакки выпускали немного вина для церковных нужд и виски для «врачебных целей». Это виски продавалось в аптеках строго по рецептам. От английского глагола to prohibit – запрещать – злобный конституционный закон получил название Prohibition. Справедливости ради все же скажу, что право голоса у женщин появилось на несколько месяцев позже. Поправка, закрепляющая права женщин - 19 по счету, но мужчины-конгрессмены заранее хотели получить голоса будущих избирательниц. Кроме того, южане надеялись с помощью Prohibition искоренить пьянство негров, которое было весьма опасным для общественного правопорядка. Для себя же любой богатый фермер рассчитывал припасти по бочонку собственного вина. Как довольно часто бывает, простое решение сложной проблемы нашло отклик в сердцах (но не умах) людей. Оглушающая компания в прессе в дополнение к шумным демонстрациям активисток-трезвенниц привела к катастрофическим последствиям.



Смешной плакат, правда? Сейчас он смотрится как пародия. (Перевод нужен? Моя версия: "губы, которые притрагиваются к алкоголю, не должны притрагиваться к нашим губам") Но, насколько я понял, здесь все очень серьезно. Ужас какой! Да лучше стать алкоголиком, чем трогать такие губы! Особенно той убежденной чувырлы слева. Да и снизу в центре красотка не лучше.

История Женского Христианского Союза за Трезвость и его борьбы с алкоголем насчитывала много лет. Еще Авраам Линкольн, когда ему на стол положили аналогичный проект, сказал дословно следующее: «законы, направленные на запрет чего-либо, идут вразрез со всеми идеалами, которые отстаивает правительство этой страны». Но тогда у женщин еще не было права голоса, и слова президента имели куда больший вес.

Перенесемся теперь в город нашей темы. Перепись 1920 года показала следующую статистику среди иммигрантского населения рабочих кварталов Чикаго: 27% немцев, 24% поляков, 12% ирландцев и 5% итальянцев. И этим людям запретили пить! Как говорится, «счаз»! Они все бросят и послушаются. Мэр Чикаго, «Большой Билл» Томпсон, сам про себя говорил, что он «мокрее, чем середина Атлантического океана» (по-английски “wet” означает не только “мокрый», но и «пьющий»). В 1928 году, когда «Большого Билла» не без помощи мафии триумфально переизбрали в очередной раз, он устроил массовую нелегальную попойку на корабле в гавани Чикаго. Народу было так много, и все так перепились, что корабль перевернулся и утонул. Осталась фотография, как мэр выбирается на берег весь в тине, держа в руках спасенную бутылку виски. Конечно, такой мэр отлично понимал чаяния своих избирателей. Его полиция и суды относились к нарушителям закона более чем снисходительно, также, как и к докторам, которые прописывали пациентам тонны живительной влаги. Саботаж идиотского запрета в той или иной степени процветал по всей стране, но нигде он не был так выражен практически в форме гражданского неповиновения, как в Чикаго.



Демонстрация по делу, 1920(?) год.

Дурацкий непродуманный закон привел к расцвету бандитизма в самой острой форме повсеместно. Спиртовые заводы в Кентакки и склады с легальным спиртным охраняла армия. Это не помогало. Нападения на склады были нормой. Самой опасной профессией стала профессия дальнобойщика – перевозчика спиртного. Фуры грабили чаще, чем поезда в период золотой лихорадки. Из-за снисходительного отношения властей Чикаго поначалу был городом, относительно свободным от грабежей. Было проще нелегально производить и продавать спиртное, чем грабить склады. Однако очевидно, что любая нелегальная деятельность в крупных масштабах неизбежно приводит к борьбе за передел сфер влияния. Банды Чикаго, возникшие в середине двадцатых годов прошлого столетия, никуда не делись до сих пор.

Вообще, немного забавно, что я пишу эту историю по-русски. За все время Prohibition в гангстерских войнах в Чикаго полегло примерно 1200 бойцов. Я убежден, что любой крупный российский город может похвастаться сопоставимыми цифрами из своей совсем недавней истории. Да что говорить, самые последние новости с российского бандитского фронта ничем не отличаются от чикагских легенд. В современной Москве пишется абсолютно такая же бандитская сага. В истории чикагской мафии ничего нет особенно выдающегося. Однако разница в том, что в Чикаго это уже в прошлом, и по местам гангстерской боевой славы водят экскурсии, а в Москве тема еще очень и очень животрепещет.



Черный автобус с нарисованными следами пуль на боках ведут два профессиональных актера, которые с неподражаемым итальянским акцентом и большим юмором воспроизводят незатейливые производственные отношения почти столетней давности, размахивая при этом игрушечными револьверами. В динамиках автобуса иногда раздается очень громкая стрельба и вопли «ложись!». Туристы послушно прячут головы за спинками кресел.



Здесь очень важно не переборщить. Героизация бандюков – это не то, что мы хотим. История чикагской мафии подается с оттенком легкой грусти. Все бандиты, как известно, кончили очень плохо. Большинство было просто убито, кто-то спился и кончил свои дни в нищете в неведомых приютах или тюрьмах, а самый известный и легендарный Аль Капоне умер хоть и в своей постели, но все-таки от позорного сифилиса. Из-за боязни покушения он всю жизнь отказывался от лекарств, поэтому последние восемь лет провел в состоянии слабоумного овоща. Все рассказы о чикагских бандитах – это истории мгновенного взлета, полной опасностей короткой жизни и скорой бесславной смерти. Мало того, от мест их боевой славы тоже ничего не осталось. Случайно или намеренно, но все городские объекты, которые были хоть сколько-нибудь связаны с чикагской мафией, были последовательно сровнены с землей. Ничего не осталось, даже адресов. Например, высотное здание гостиницы, в которой Аль Капоне со своим штабом занимал два этажа, снесли до фундамента. И устарела якобы та гостиница, и вообще нечего. Цветочки возложить негде. Даже могилы известных бандитов вынесены за черту города. Но экскурсии на места их похождений привозят исправно, пополняя тем самым бюджет города.



Ничем не примечательная церковь Святого Имени в Чикаго - стартовая площадка гангстерских войн 20х годов. Экскурсия первым делом подъезжает к этому месту. На следующий после экскурсии день я прошелся пешочком с фотоаппаратом ранним утром к тому же месту.






Первый известный чикагский бандит, Красавчик Дион О’Банион был очень порядочным и набожным человеком. Его жизненный путь начинался в бедном итало-ирландском районе Чикаго. От своих друзей он научился итальянскому языку. Впоследствии это умение сослужило ему хорошую службу: в мафиози шли в основном этнические итальянцы. Когда мальчик подрос, выяснилось, что у него неплохой голос, и он устроился алтарным мальчиком в церковь Святого Имени. В свободное от пения в церкви время Дион руководил небольшой бандой подростков, грабивших подвыпивших мужчин в парках города. Несколько не по-католически банда называла себя «маленькие дьяволята». Но одно другому нисколько не мешало. О’Банион был по-настоящему харизматической личностью, что позволило ему собрать вокруг себя весь цвет шпаны северной части города. Чикаго был разделен на две половины рекой, и «южные» частенько бивали «северных». Но те в долгу не оставались и отвечали «южным» тем же. Таким образом, помимо интересов бизнеса благородных гангсетров разделяла на банды территориальная принадлежность. Как говорится, «где родился, там и пригодился».

Введение «сухого закона» открыло перед Дионом и его бандой неограниченные перспективы. Он был первым в стране, укравшим грузовик с алкоголем уже на третий день действия закона. Каким-то образом он вычислил этот грузовик в потоке машин перед светофором, залез в кабину, избил шофера и под аплодисменты сторонников неспешно увел машину в нужном ему направлении. Но это, конечно, была разминка.



У дальнего края этой автостоянки напротив церкви Святого Имени когда-то стоял цветочный магазин. На втором этаже жил О’Банион со своей обожаемой супругой Виолой. Он рано женился и был абсолютно счастлив в браке. На первом этаже происходила оживленная торговля цветами. Позиция рядом с церковью обеспечивала Диону отличный цветочный бизнес. К тому же, всегда можно было попеть в церковном хоре и отмолить очередной выстрел на основной работе.

Воспользовавшись лазейкой в законе, О’Банион подрядил десятки семей на изготовление пива «для личных потребностей». Потом драгоценный напиток собирался, разливался и отпускался страждущим в подпольных пивных. О’Банион выдвинулся в крупняки как пивной король Чикаго. Кроме пива, О’Банион скупал самогон. Люди быстро смекнули, что, просто сидя дома у аппарата, они могли зарабатывать за день больше, чем на заводе за две недели. Недостатка в помощниках не было. При этом О’Банион был скрупулезно точен в обоих бизнесах, и в цветочном, и в алкогольном. Это был первый и последний романтик эпохи. Он поставлял товар только высшего качества, в отличие от конкурентов, которые для придания самогону цвета виски не гнушались мешать его с битумом и креозотом. Для запаха в питье подмешивали кленовый сироп.

Однако, набожность О’Баниона сыграла ему плохую службу. Став «смотрящим» в районе, он категорически запретил в нем проституцию как богонеугодное занятие. По его словам, проституция была прямым оскорблением Святого Семейства и Девы Марии лично. Это изрядно озлобляло остальных бандюков, не придерживавшихся столь жестких нравственных принципов. Конкурирующие банды «северных» хотели бы снять такое глупое ограничение на свою деятельность. Кроме того, О’Банион категорически отказывался распространять их поганый паленый виски через свои каналы сбыта. Бог запрещал ему торговлю некачественной продукцией. «Южные» тоже недолюбливали Диона, несмотря на то, что он пытался с ними жить мирно, насколько это было возможно. Кланом «южных» управлял выходец из Нью-Йорка, уважаемый бизнесмен по фамилии Торрио, который гордился тем, что он не умел стрелять. Правда, он знал очень много парней, которые умели. Любимым воспитанником мистера Торрио был подающий большие надежды молодой честолюбивый неаполитанец Альфонсо Капоне. Он заведовал боевым подразделением южной организации.

К сожалению, однажды на контролируемую совместно всеми ими тремя спиртовую мануфактуру явилась полиция. В момент рейда Диона О’Баниона странным образом на работе не было, а вот Джонни Торрио и Альфонсо Капоне как раз там были. Получилась большая неприятность. Джонни Торрио, попавшийся в лапы полиции во время рейда, был вынужден отсидеть целый месяц в тюрьме. Аль Капоне здраво рассудил, что так, как О’Банион, с друзьями не поступают.

Как-то раз в церкви Святого Имени хоронили очень важного человека, крестного отца сицилийской общины. Дион О’Банион отвечал за обеспечение похорон первоклассными венками. По иронии судьбы, этот день был объявлен «днем примирения» между мафиозными кланами. Но на войне как на войне, ничего святого. В лавку зашли трое. Слуга слышал последние слова хозяина: «парни, вам цветов для похорон?» Ответом были выстрелы. Виола О’Банион осталась вдовой.

На смену О’Баниону пришел его ближайший приятель Ёрл «Хайми» Вайсс. Он поклялся отомстить. Улицы Чикаго превратились в бойню. Стреляли повсюду, не разбирая района. В ход шли гранатометы, пулеметы, подрыв автомобилей от поворота ключа зажигания. Однажды Вайсс даже устроил продолжительную перестрелку прямо у здания суда, откуда Аль Капоне выходил после слушания по своему очередному делу. После этого «северные» предприняли решающую атаку на Джонни Торрио. Тот считал себя абсолютно добропорядочным американцем. По его суждениям, если люди любят тратить деньги на спиртное, рулетку и проституток, то задача честного бизнесмена все эти радости им предоставить в самом качественном виде, и никакого криминала в том нет. Чисто бизнес. Он настолько уверовал в свою миссию легального бизнесмена, не оскверняющего свои руки оружием, что даже не всегда ходил с охраной. Жил Торрио с супругой в фешенебельном районе, куда обычно добирался с работы на вечернем поезде. Пассажиры электрички и не подозревали, что симпатичный попутчик в элегантном пальто – самый влиятельный мафиози Чикаго. В тот зимний день синоптики обещали снежный шторм, и Торрио отпустил своих «мальчиков» домой пораньше, чтобы они могли согреться пинтой нелегального эля до начала снегопада, а сам поехал в одиночку. Вайсс с коллегами ждали его у подъезда. Три пули прошили Торрио сверху донизу, но на контрольный выстрел у Вайсса не хватило времени. Это погубило все дело. Торрио выжил. Аль Капоне поставил ему круглосуточную охрану в госпитале. Он горел жаждой мщения. Однако Торрио уговорил его временно отступить. Он решил выйти из игры. Как только Торрио смог выписаться из госпиталя, он навсегда покинул Чикаго. Впоследствии он консультировал гангстерские синдикаты по вопросам организации игорных домов и борделей в Лас-Вегасе и на Кубе. Джонни Торрио умер в возрасте 75 лет от сердечного приступа в парикмахерском кресле. Всю полноту власти над «южными» бандами принял Аль Капоне. В то время ему было 26 лет.

Кто такой Альфонсо Капоне, самый известный чикагский бандит, многие черты которого вошли в собирательный образ молодого дона Корлеоне? На самом деле, Копполла собрал в образе дона Корлеоне черты многих знатных бандитов, и значительная часть эпизодов фильма действительно происходила в жизни. По мере того, как я читал источники при подготовке этого материала, кадры из фильма оживали перед моими глазами один за другим.



Единственная серьезная разница - фигура. В отличие от героя Аль Пачино, реальный Капоне был весьма упитан. Полные люди добродушны. На фотографиях Капоне никак не тянет на кровавого убийцу, кем он на самом дел и был. Наверно поэтому Копполла сменил внешность героя.

Очень грамотную биографию Аль Капоне на русском языке я нашел здесь, и с этой же страницы позаимствовал фотографию. Однако, естественно, я перешерстил много источников. Отмечается, что Капоне был человеком слова. Однажды высказанное им обещание всегда выполнялось. С ним было легко вести бизнес и, наоборот, он был беспощаден к тем, кто свое слово нарушал. Он не был скупым, охотно помогал людям, много занимался благотворительностью. Публика его обожала. Когда в 1928 году Капоне пришел на стадион посмотреть футбольную игру, трибуны встали в едином порыве и устроили ему многоминутную овацию. Это была вполне искренняя любовь публики к знаменитому земляку. В фильме все эти положительные черты приписаны Вито Корлеоне. Ну а то, что людей убивать приходится сотнями, так это просто бизнес такой. Ничего личного. Вот прекрасный пример, хорошо характеризующий его личность.

Как-то раз Капоне вместе с телохранителем обедали в любимом ресторане на южной окраине Чикаго. У дверей ресторана стояла машина с семейной парой из Миннесоты. Аль Капоне уже сделался звездой национального масштаба, и люди мечтали взглянуть на него хотя бы одним глазком, как на любимого артиста. Мечта этих фермеров более чем сбылась. Неожиданно откуда-то издалека послышалась стрельба. Капоне бросился к окну, чтобы посмотреть, что там происходит. «На пол, босс, это засада!» - успел крикнуть телохранитель. Это было очень своевременно. Мимо окон заведения медленно проехала кавалькада из восьми машин, из которых велся непрерывный автоматный и даже пулеметный огонь! Никто не пострадал, хотя все заведение было разрушено до основания. Фермерше залетел в глаз кусочек стекла, и это была единственная рана, полученная кем-либо в сражении. Аль Капоне лично отвез пострадавшую в больницу, проследил, чтобы ее хорошо прооперировали, и выдал ей десять тысяч долларов – сумму, достаточную для покупки нескольких автомобилей взамен разбитого в перестрелке.

Таким образом, ни одно из покушений «северной» банды не удалось. Дела их пошли совсем плохо. Они были вынуждены все больше защищаться. После покушения на Капоне Вайссу пришлось залечь на дно, что не способствовало нормальному ведению бизнеса. Что делать - жизнь дороже! Однако были необходимые делишки, которые вынуждали его иногда выходить из дома. Одним таким незначительным делом стала повестка в суд – какая мелочь! – по надоедливому обвинению в нарушении закона о запрете торговли алкоголем. Все чикагские мафиози ходили по таким делам в суд каждый месяц, а то и не по одному разу. Но пропустить такой визит было невозможно, это было чревато арестом за неуважение к закону. По дороге в суд Вайсс с адвокатом и телохранителем сделали остановку у церкви Святого Имени. Он привычно поставил «Кадиллак» на парковку недалеко от бывшей цветочной лавки Диона О’Баниона и пошел по направлению к церкви.



В суд Ёрл "Хайми" Вайсс в тот день не явился по уважительной причине. Он уже вообще никуда больше не явился. Рядом с цветочной лавкой стоял неприметный дом, в котором две недели назад снял квартиру некий неопознанный молодой человек. Из окон этой квартиры было выпущено 45 пуль из автоматов и пулемета. Их число точно посчитано, потому что они оставили отметины на стене церкви. Не так давно церковь полностью отремонтировали и расширили крыльцо. Все следы от пуль скрылись под ступеньками новой бетонной лестницы. Все, кроме одной.



Молодожены Чикаго приезжают к этой дырочке отметиться в день свадьбы. Постоять рядом, послушать пожелания на долгую счастливую жизнь и вообще.

Я пересказал здесь выдержки из нескольких глав книжки “Untouchable Chicago". Всего этих глав в ней девятнадцать, а героев -бандитов больше сотни. Будучи ограничен в фотоматериале, на этом я закругляюсь. А вы, когда будете в Чикаго, просто возьмите этот тур и не забудьте прикупить там книжку. Она того стоит.

Следующая серия
Tags: США, Чикаго
Subscribe

  • Португалия 4: Загреш

    Предыдущая серия От Лагуша до Загреша километров 40-50. Около часа езды по узким и неспешным португальским дорогам. За этот час климат…

  • Португалия 3: Портимайо и Лагуш

    Предыдущая серия Едем дальше на запад по португальскому побережью. Пропускаем сразу несколько курортных городков и деревень и добираемся до…

  • Португалия 2: Альбуфейра и Бенагил

    К началу Небольшое замечание: поскольку я решил написать подобие путеводителя, буду выделять ценные советы подчеркиванием. Технически мой маршрут…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 42 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Португалия 4: Загреш

    Предыдущая серия От Лагуша до Загреша километров 40-50. Около часа езды по узким и неспешным португальским дорогам. За этот час климат…

  • Португалия 3: Портимайо и Лагуш

    Предыдущая серия Едем дальше на запад по португальскому побережью. Пропускаем сразу несколько курортных городков и деревень и добираемся до…

  • Португалия 2: Альбуфейра и Бенагил

    К началу Небольшое замечание: поскольку я решил написать подобие путеводителя, буду выделять ценные советы подчеркиванием. Технически мой маршрут…