Andrei Antonovski (andanton) wrote,
Andrei Antonovski
andanton

Categories:

Диван

Женя Просветова prosvetj поведала тут миру о своих диванных страданиях. И вспомнилось мне... 


Зимой 1994 года мама обнаружила объявление о продаже диванов на столбе у автобусной остановки. Диван нашей маленькой семье был нужен. Мебельные магазины в то время существовали в виртуальной реальности. То есть мебель в них уже вроде бы была, но при среднемесячной зарплате по Петербургу в 40 долларов на нее еще засматриваться было рано. Кстати, я был уже тогда сказочно богат: я получал 80. Это я так хвастаюсь. А тут... чтобы я помнил... кажется, 212 тысяч рублей хотели за этот диван. Это были тогда сущие копейки. Положили мы деньги в сумку и поехали к чертовой матери за диваном.

В маленькой комнатушке на третьем этаже стоял одинокий диван, и вокруг него толпились страждущие. Поставка была возможна в пяти разных видах обивки в течение месяца. Деньги надо было сдавать немедленно. При этом нам объявили, что доставка только до подъезда, поскольку услуги грузчиков контора не оказывает. А мы были такие... страшно доверчивые. Это еще до эпохи МММ было. Выбрали мы обивку, сдали деньги мужику за колченогим столиком, получили серую бумажку с обозначением "приходный ордер" и вышли на морозный воздух. Внимательно рассмотрев бумажку, я обратил внимание на печать. На лиловом оттиске красовалось "Трамвайно-троллейбусное управление, г. Санкт-Петербург". Немного испугавшись, что вместо дивана нам подгонят троллейбус, я позвонил по указанному в объявлении телефону. "Вам не все равно какая печать? - поинтересовался голос с другого конца. - Хотите печать народного суда? Не беспокойтесь, вам будет диван такого-то числа вечером. Ждите". И мы стали ждать.

В назначенный день я попросил о помощи нашего водителя. Мальчик он был крупногабаритный, в стандартную дверь проходил с трудом, задевая все три стороны ея. А у него был свой интерес: кончался срок талонов на бензин, которыми торговала по безналу одна частная бензоколонка, и надо было срочно залить куда-нибудь 480 литров. При той дикой инфляции бензиновые талоны теряли в цене вдвое каждый месяц. Не отоварить их было бы преступлением против нравственности. Со времен совдепии в моем гараже было оборудовано небольшое бензохранилище, куда влезало до тонны левого бензина. О том, как во времена оны воровали бензин, надо бы написать отдельный рассказ... Короче, принять полтонны бензина на временное хранение было для меня раз плюнуть. Так мы и договорились друг другу помочь: сначала совместными усилиями затащить в квартиру диван, а потом спокойно ехать грабить бензоколонку.

Приехали домой пораньше. Мать накормила нас обедом. Почитали прессу. Поговорили о политике. В семь вечера водитель Дима заскучал. Мать печально рассматривала штамп трамвайно-троллейбусного управления. Праздник не задался. Мы поднялись и поехали в гараж за канистрами. Червячок веры в человечество все-таки грыз меня. Я попросил Димку снова подъехать к дому. Шел легкий снежок, запорошивший все проезды. Дорога была девственно чистой. Диван так и не появился. Мы поехали осуществлять вторую часть намеченной программы. Там все прошло без случайностей. Залили, слили, пожали друг другу руки, разошлись.

На свой седьмой этаж я поднялся на лифте около девяти вечера. Снизу доносился подозрительный шум. Я посмотрел в пролет лестницы и обалдел: на уровне пятого этажа всю лестницу от края до края оккупировал ДИВАННЫЙ МОНСТР. Возле него возились два моих приятеля. Они были мокрые до такой степени, что можно было подумать, будто в нашей девятиэтажке прорвало трубу и пошел дождь. "Где ты был, сука?" - завидев меня, ласково спросил друг моего детства. "Я... на машине ездил, - честно сказал я и зачем-то добавил, - два раза мимо подъезда проехал. Туда-сюда, туда-сюда..." Вот это "туда-сюда" парни мне вспоминают до сих пор.

Диван оказался сколочен гвоздями-соткой. Его основой служил качественный брус, применяемый при строительстве стен. Боковые поверхности были сделаны из двухсантиметровой древесно-стружечной плиты. По самым скромным прикидкам, он весил килограмм сто двадцать. Больше, чем пианино. Размеры монстра поражали воображение. В лестничный пролет он не входил, его надо было поднимать над перилами. Процесс подъема шел уже больше часа.

Оказывается, поздно вечером приехал грузовик, из которого диван просто выкинули на снег. Мать увидела это в окно. Она побежала вниз, схватила диванные подушки и перетаскала их наверх в лифте. Сотовые телефоны тогда еще не расплодились, и со мной связи не было. В это время мой школьный товарищ пригласил своего друга попить пива. Они попали. Нельзя же было отказать тете Наташе в невинной просьбе "помочь затащить диванчик".

По правде сказать, я не слишком сильно помог с окончанием грузоподъемного процесса. Болезный я был, радикулитом мучился. Но решающую точку поставил все-таки я лично. Когда диван застрял в дверном проеме так, что оставалось только брать топор, чтобы рубить его на куски, я страшно крикнул, разогнался на лестничной площадке и, пробив чудовищем косяк, упал вместе с ним в прихожую. Удивительно, но диван нисколько не пострадал. Он был сделан на века. Сейчас так уже не делают. И, надо сказать, был тот диван довольно комфортабельный. Использовали мы его в хвост и гриву, а кошка наша драла его обивку всю свою кошачью жизнь. Ему было все нипочем. Со временем деревянная входная дверь в квартиру заменилась на железную, дверной проем уменьшился, и стало ясно, что диван сделался обречен на вечную жизнь в родных для него стенах. Когда спустя много лет мать продавала эту квартиру, она так и сказала покупателям: "теперь это ваше."

Довлатов в своем "Чемодане" хорошо описал иррациональную привязанность к вещам. С каждой вещью что-то важное связано в нашей жизни. Только Довлатов писал о вещах, которые можно было увезти, а у меня в мозгу роятся образы в основном монументальные. Диван, кресло, пианино, верстак, секретер, стенной шкаф... Почти с каждым предметом мебели связаны какие-то нравоучительные истории. Больше 30 лет я прожил в той квартире, и каждый сантиметрик ее помню так ясно, что, кажется, в камне нельзя было бы высечь более надежно, чем в моей памяти.

Короче. Дорогая Женя Просветова! Будь счастлива со своей мебелью так же, как был с ней счастлив я. Или еще больше. И не грусти, все будет хорошо.
Tags: Миниатюры, Рассказы
Subscribe

  • Португалия 4: Загреш

    Предыдущая серия От Лагуша до Загреша километров 40-50. Около часа езды по узким и неспешным португальским дорогам. За этот час климат…

  • Португалия 3: Портимайо и Лагуш

    Предыдущая серия Едем дальше на запад по португальскому побережью. Пропускаем сразу несколько курортных городков и деревень и добираемся до…

  • Португалия 2: Альбуфейра и Бенагил

    К началу Небольшое замечание: поскольку я решил написать подобие путеводителя, буду выделять ценные советы подчеркиванием. Технически мой маршрут…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments

  • Португалия 4: Загреш

    Предыдущая серия От Лагуша до Загреша километров 40-50. Около часа езды по узким и неспешным португальским дорогам. За этот час климат…

  • Португалия 3: Портимайо и Лагуш

    Предыдущая серия Едем дальше на запад по португальскому побережью. Пропускаем сразу несколько курортных городков и деревень и добираемся до…

  • Португалия 2: Альбуфейра и Бенагил

    К началу Небольшое замечание: поскольку я решил написать подобие путеводителя, буду выделять ценные советы подчеркиванием. Технически мой маршрут…